Четвер, 16:48, 17.11.11

Рейтинг
8 0
Переглядів
3470

0
0
У цій статті згадуються

Ми продовжуємо публікацію есе Андрія Самброса, присвяченого досить незвичному аналізу демократії у посттоталітарних суспільствах. Це остання частина доробку. Останню його частину можна прочитати, перейшовши за посиланням: http://www.politclub.com.ua/partyy-problemyi-opredelenyya/

Политика – это искусство требовать жертв

Если данная работа кажется Вам ещё не слишком претенциозной, остался последний рубеж – изменение отношения к политическим технологиям. Я буду говорить о вещах, которые действительно существуют и которые практически невозможно исправить, а в конкретно нашем с Вами государстве – и подавно. Этот раздел только частично затрагивает выводы, которые я сделал в эссе «Политика, демократия и жертвоприношения». Данный раздел работы является абсолютно самостоятельным. Цель, которую я преследовал при его написании – показать, насколько закостенел классический подход работы с электоратом.

Если Вы не являетесь политтехнологом или человеком, которому в профессиональной деятельности не понадобится данная информация, прошу Вас отнестись к этому разделу очень скептически – это место, где я со своей колокольни пытаюсь прокричать советы людям, мыслящим рекламными плакатами, клипами, речами и прочей ерундой. Это мой монолог, направленный в сторону политтехнологов.

Да, и вот ещё что: конечно, мой жалкий полевой опыт участия всего в трех избирательных компаниях, в которых я прогрессировал от «мальчика, раздающего газеты на перекрестке», до «аналитика», занимающегося разбором политической рекламы и ведущего, одновременно с этим, политическую кампанию мажоритарщика, не является авторитетным. Но в этом вся и прелесть – я знакомлю читателей со своим собственным мнением, а поэтому здесь снимаются все вопросы относительно объективности и т.п. Добро пожаловать в царство включенного наблюдения и нескрываемого сарказма.

Политические технологии во многом являются продуктом специфической профессиональной среды, представители которой, перевоплощаясь в образ героя из разряда Остапа Бендера, пытаются «развести» на деньги собственного заказчика. В подавляющем большинстве случаев политические и избирательные кампании ведут дилетанты или профессионалы, которые, собственно, от первых ни чем не отличаются, по крайней мере, смысловой базой, на которой основывается их профессиональный метод. А как много глупости и безалаберности политтехнологов встречается среднестатистическому политикану по дороге к вершине политикума.

Есть, конечно, проблески интеллекта и воли в этом царстве тьмы, но если прикинуть, то в Украине найдется 4-5 групп серьезных рекламистов, которые могут справиться с политическими кампаниями. Надеюсь, Вы знаете, о ком я говорю.

Так вот, оглядываясь на выводы, которые мы сделали по ходу этой работы, и некую новую информацию, направленную на (де)конструирование «образа» политических партий и объединений, мы можем вывести некий вектор адекватной и эффективной деятельности в рамках политических кампаний. Безусловно, он будет касаться четырех вещей: «рациональности», «иррациональности», «финансов» и «жертвоприношений».

Что рационально в плане применения политических технологий? Ответ прост: ничего, ибо совершенно не рекомендуется заигрывать с человеческим этосом. Человечество, вообще, совершенно неблагодарная масса. Нам нужен только иррациональный пафос и мощь настоящего шоу. Но сейчас не об этом…

Для заказчика, который в реальных условиях обычно находится за рамками партии, важно правильное распределение ресурсов. Я уже говорил о том, что партии потеряли дух иерократических организаций, они уже более не способны к продуцированию универсальных смыслов, однако до сих пор, как и в ХІХ веке, партийные организмы являются «черными дырами» для денег спонсоров. И это невозможно исправить. Хорошо, если деньги, выделенные на всеукраинские кампании, успевают доходить из центрального киевского штаба в его районные ячейки. Это хорошо. Очень хорошо, если хотя бы 10% от запланированной спонсором суммы дойдет до областных центров. Фантастика, если деньги попадают в районные центры.

По сути, сейчас партии – это те же конторы политтехнологов, которые не справляются с собственными обязанностями, воруют из собственных бюджетов и не могут провести адекватные избирательные (не говоря про политические) кампании. Если позволите, это такой маленький совет различным «спонсорам» и бесплатная реклама хороших контор рекламистов – не давайте деньги партиям, найдите людей, которые возьмут с Вас много денег, но сделают свою работу качественно. Такие компании могут представить Вам вполне реалистичный финансовый отчет, привязанный к полученному на выборах результату (в некоторых из подобных компаний есть мониторинговые комитеты и т.п.).

Задача партий (а в современности – конгломерата из «политиков» и «спонсоров») состоит в захвате и правильной эксплуатации власти. Рекламу следует отдавать на аутсорсинг. Честно говоря, поэтому партии и ненавидят продвинутые конторы рекламистов и отдельных раскрученных политтехнологов – они заслужено отбирают у партий их хлеб.

Но дилетанты-политтехнологи хуже партий: они делают то же самое, что и партии. Они берут кучу денег и, возможно, воруют меньше, чем партии, однако их результат ненамного лучше. Обычно результаты партий и «контор на стороне» тождественны. И проблема здесь только в одном – базовых методах работы с электоратом.

Если Вы не принимаете в расчет истинный смысл демократических процедур, в конечном итоге Вы и не сможете выиграть. Если Вы не знаете и не умеете применять то, что условно можно назвать «региональными политическими традициями» – Вы проиграете выборы. Для того, чтобы уметь управлять общественным мнением в рамках определенной территории, стоит быть либо очень хорошим эмпатом от природы, либо заняться политической антропологией (которая, увы, в современной Украине популярностью не пользуется).

Я выделяю всего два больших направления работы с электоратом на любом уровне:

1. Выстраивание медийных историй (легенд/мифов).

2. Непосредственная работа с электоратом (работа в «поле»).

Разграничение этих двух типов работ с электоратом основывается на разных источниках получения информации. Если информация получается избирателем из медиа или СМИ, тогда это блок медийных историй (1). Если информация передается непосредственно от одного человека, к другому – то это и есть непосредственная работа с электоратом (2). Так, например, работа агитаторов, раздающих на улице газеты, встречи кандидатов с электоратом на митингах, «рассылки» и группы в Интернет-сообществах и социальных сетях – это (2). Выпуски новостей, разнообразные политические ток-шоу, рекламные ролики – это (1).

Именно по этим двум направлениям я и буду проводить анализ. Начнем со второго. Непосредственная работа с электоратом многими политтехнологами доводится до абсурда. На местных выборах 2010 года в Украине многие партии и отдельные мажоритарные кандидаты вернулись к бессмысленной технологии «спама агитаторов». Представьте: Вы приходите домой после рабочего дня и только садитесь за стол или включаете телевизор (для впитывания очередной порции политических легенд), как тут в вашу дверь начинают робко звонить агитаторы. Обычно они протягивают Вам газету или буклет, после чего считают своё дело выполненным, а Вы, в полном раздражении, возвращаетесь со «спамом» в руках к своему занятию. Да, и это только в тех 10-15% случаев, когда люди догадываются открыть дверь квартиры, не посмотрев предварительно в глазок.

То же относится и к палаткам, которыми так густо усеяны площади и автобусные остановки накануне выборов. Это навязывание собственного присутствия без доказательства своей божественной мощи. Интересно, но только палатки коммунистов в Украине не являются объектами навязывания собственного присутствия. Палатки КПУ – это место, зачастую, добровольного общения пенсионеров, до сих пор болеющих за левое дело.

Но если не брать в расчет вымирающих коммунистов и их постепенно отмирающий электорат, то приходится констатировать, что технология «агитационного спама» бессмысленна, ведь кроме Вашего раздражения, партия/кандидат, подославшие Вам своего агитатора, ничего не получат. Почему так происходит? Во-первых, потому что людям не нравится чувствовать себя яблочком на мишени. Во-вторых, подход «больше лекарства – выше вероятность вылечить болезнь» здесь не подходит. Скорее даже наоборот: электорат только «отравится» вашей «пилюлей» (если сделает попытку её заглотнуть). Сколько бы маститые политтехнологи не говорили о бессмысленности этой технологии, штабы партий и дилетанты-политтехнологи делали и, скорее всего, ещё долгое время будут делать акцент именно на этом методе непосредственной работы с электоратом. Это можно объяснить следующим:

  • чем больше агитаторов, тем больше возможность украсть деньги руководителями политической/избирательной кампании (особенно это касается партийных функционеров, которые, в подавляющем большинстве случаев, креативом не блещут и особыми профессиональными качествами тоже);

  • этой технологией пользуется «большинство» политических акторов, а никто не хочет чувствовать себя обделенным. По большому счету, тщеславие политиков – это одна из главных доходных статей политтехнологов;

  • всем необходимо показывать полное погружение в политическую кампанию и собственную занятость: громоздкая агитационная кампания – лучший способ «замылить» глаза заказчику, который часто совершенно не разбирается в подобных кампаниях и не имеет политического советника «на стороне», способного провести аудит и оценить соотношение показателей потраченных финансов к полученному результату.

Главная причина «несрабатывания» классических агитационных кампаний заключается в том, что они являются агрессивными. Здесь стоит пояснить разницу между агрессивными и деятельными сценариями непосредственной работы с электоратом (1). Агрессивный сценарий работы с электоратом – это постоянное насаживание информации о себе: размещение палаток возле станций метро, рынков, автобусных остановок, активное использование агитаторов, которые бегают по улицам и домам, пытаясь заставить каждого взрослого прохожего взять очередной выпуск продажной газетки или рекламный буклет партии/кандидата. Агрессивный сценарий – это навязывание себя в самых разнообразных и, зачастую, неподходящих для этого местах (например, «добровольно-принудительное» собрание работников предприятия). Я думаю, что если он когда-то и работал, то это было очень давно, тогда, когда «небо было ещё синим, а трава зеленой».

С другой стороны, существует деятельный сценарий работы с электоратом. В действительности, он не является менее затратным, чем агрессивный, возможно даже наоборот. Деятельный сценарий – это когда рекламная информация о кандидате попадает к индивиду либо из его собственного окружения, либо из «ненавязчивого» источника информации. Это во многом обратные процессы к агрессивной электоральной кампании. Если агитатор приходит к Вам домой и предлагает газету, то он является непрошенным гостем и он прекрасно чувствует свою невыгодную позицию. Когда избиратель по собственному желанию приходит на встречу с кандидатом, то уже избиратель является гостем, более того, избиратель является желанным гостем, и он также прекрасно чувствует это.

Собрания митингов в поддержку кандидата/партии на площадях или закрытых залах – суть одно и то же. Эта практика намного эффективнее, чем простой «спам агитаторов». Но деятельная избирательная компания требует концентрации ресурсов «на месте», она отлично подходит для выборов в мажоритарном округе. Например, при деятельном сценарии кандидат фактически идет на определенные договоренности со своими избирателями. Обычными ходами «завоевания доброжелательности электората» в деятельных сценариях являются установка детских площадок, покупка небольших, но ключевых (по количеству персонала) предприятий, с их последующей модернизацией; наведение чистоты на улицах, электрификация и разнообразные виды «косметического ремонта» дорог, дворов, парков и т.п.

Многие из методов деятельного сценария политических кампаний, распространенных в Украине, находятся за пределами правового поля. Так, самый распространенный и один из самых дорогостоящих методов получения благосклонности – подкуп электората – не всегда является эффективным (т.е. только 20-30% от денег, потраченных на голоса избирателей, действительно конвертируются в электоральные баллы). Другой, не менее распространенный метод – раздача «продуктовых пакетов» – также не является допустимым с точки зрения украинского законодательства, однако более эффективным с точки зрения практики политических технологий.

Как первый, так и второй метод (покупка избирателей/раздача продуктовых пакетов) осуществимы через разнообразные фонды и программы поддержки неимущих. Вспоминая избирательную компанию Леонида Черновецкого 2006 года можно сделать вывод о том, что он смог победить и Александра Омельченко, и Виталия Кличко, которые пользовались агрессивным сценарием, только благодаря своему, возможно и не совсем нравственному, деятельному сценарию работы с электоратом.

В 1997 году Л. Черновецкий основал фонд «Социальное партнерство», благодаря которому он в будущем и стал мэром столицы Украины. Все пайки, которые раздавал этот фонд на протяжении 9-ти лет, включая бесплатные обеды и оказание медицинской помощи, осуществляемые при благотворительной столовой «Стефания», создали базовый электорат этого политика. Кроме того, благотворительному фонду не могут запретить тратить деньги на неимущие слои населения, невзирая на то, что владелец фонда участвует в избирательной гонке. Поэтому следует запомнить, что эффективно тратить деньги на приобретение электората в Украине, оставаясь в рамках законодательства, можно только благодаря фондам. В конечном итоге, избирательные кампании Л. Черновецкого должны стать классическим примером применения деятельных сценариев работы с электоратом.

Что же касается построения медийных историй (1), то здесь существует абсолютно нетривиальная связь с гипотезой голосования как жертвоприношения. Во-первых, для создания легенды о божестве необходимо выбрать правильную роль в театре политического абсурда. Если роль будет не соответствовать реальным возможностям кандидата – ничего не выйдет. Когда новые партии обещают всё изменить, когда идет провозглашение «инновационности» и «первооткрывательства», это не действует. Да и вообще, публичная политика уже давным-давно набила оскому украинскому обывателю. Необходимо занимать свободные ниши, необходимо искать слабые места на политическом поле и завоёвывать их.

Во-вторых, сам способ подачи легенды, её правильное территориальное позиционирование во многом определяют успех восхождения партии/кандидата на вершину политикума. В структуре «правильной» легенды партии/кандидата должны существовать следующие этапы:

  • Наличие действия или факта, связанного с партией/кандидатом и затрагивающим интересы большей части общества. Так, Арсений Яценюк сделал своё политическое имя благодаря тому, что он был спикером украинского парламента. Главное действие, которое он совершил – это театральный уход из парламента (роль «изгнанника») после развала очередной «оранжевой» коалиции с целью создания новой политической силы – «Фронта перемен». Виктор Янукович, например, был представлен украинской аудитории как премьер-министр, преемник Анатолия Кинаха. До этого он был отечественной аудитории неизвестен (и долгое время играл роль «кандидата от власти»). Юлия Тимошенко стала известной благодаря своёму амплуа «газовой принцессы» в ЕЭСУ и скандалу, в центре которого был Павел Лазаренко. Другими словами, каждый из современных украинских политиков в самом начале играет «первоначальную» роль, учитывая внешние обстоятельства и собственные возможности;

  • Открытие многостороннего диалога, в рамках которого происходит корректировка занимаемой позиции. На этом этапе происходит всестороннее «обсасывание» первоначальных позиций, свершившихся фактов, да и вообще, политического status quo в телевизионных ток-шоу, выпусках новостей, различных изданиях и т.п. Это этап применения пресловутой «джинсы», изменения имиджа и воспитания партий/кандидатов. Это самый большой во временном измерении этап, который имеет одним из своих внутренних компонентов получение обратной связи;

  • Непосредственное, открытое рекламирование партии/кандидата во время избирательной кампании. Продуктами этого этапа являются ролики, плакаты, буклеты, билборды и вся прочая рекламная продукция, цель которой – зафиксировать разработанную и откорректированную политическую роль, образ, который и будет претендовать на место во власти.

Если не существует качественной проработки одного из этих этапов, политическую кампанию можно считать проваленной, так как её результат (даже если это победа) совершенно не связан с политическими технологиями и теми средствами, которые были на них потрачены.

Для первого этапа-«факта», достаточно просто создать скандал. Так движение Femen стало узнаваемым благодаря отлично сделанным запоминающимся медиа-скандалам в плоскости украинской публичной политики. С другими этапами продвижения своего политического проекта у Femen сейчас плоховато, однако идея эксплуатации скандалов понятна. Так без последующей доработки роли в театре политического абсурда (ТПА) любой политический проект и политическое движение обречены на провал. Это же справедливо и для третьего этапа – непосредственной политической рекламы. Насколько бы она не была креативной и классной, она бессмысленна, пока неправильно выбрана роль в ТПА и пока она не отшлифована в медийной плоскости.

Исходя из этого короткого разбора составных частей политической кампании, а следовательно и работы политтехнологов, можно сделать несколько рекомендаций:

  • вы (политтехнологи) должны обращаться с Вашим кандидатом/партией как с актором, которому избиратели должны отдать в жертву своё символическое право на правление. Никогда не забывайте об этом! Ведь сакрализация власти – это процесс, который, как огонь, необходимо постоянно поддерживать. Последовательное выполнение трех этапов развертывания политической легенды/мифа должны стать для Вас основной схемой проведения всей политической кампании;

  • обращайте внимание на политические традиции конкретного региона, его историю и политические мифы, распространенные в нем. Ваша задача состоит не в том, чтобы «создать что-то радикально новое», а в том, чтобы привязать Вашего кандидата/партию (мнением, оценками, действиями) к уже существующим политическим мифам, к общей легенде регионального политикума;

  • если Вы занимаетесь кандидатом/партией, которые уже имеют своё место на вершине отечественного политикума, то Ваша роль сводится к двум возможным действиям:

удержание электората (при хороших показателях). Здесь противопоказаны новые сенсации и сотворение новых основополагающих фактов. Правильная стратегия в данной ситуации заключается в том, чтобы акцентировать внимание ядерного электората на решениях, принятие которых он ожидает. Т.е. при хороших показателях нельзя менять курс политической силы или кандидата. Виктор Ющенко сделал роковую ошибку, вступив в конфликт с Юлией Тимошенко. Он потерял всю свою грандиозную электоральную мощь, которая ему досталась по результатам «оранжевой революции». завоевание электората (при негативном сальдо электоральных показателей и резком уменьшении поддержки кандидата/политической силы). Здесь необходимо повторить все этапы выстраивания новой политической легенды: от начального «факта» (резонансного события) до политической рекламы, которая этим фактом будет манипулировать.

Так на сегодняшний момент падение рейтинга Партии регионов должно говорить её политтехнологам о необходимости появления нового резонансного факта (которое всегда вызывает как противников, так и сторонников). Думаю, что для выборов 2012 года таким «фактом» мог бы стать переход украинской армии полностью на контрактную основу – с закрытием социального института всеобщего призыва, с последующим увольнением части личного состава армии (офицеров, чьи услуги больше не понадобятся). Действительно, это решение создаст много новых противников конкретной политической силы, а именно, военнослужащих, которые потеряют работу. Однако, если сделать это под осенний призыв 2012 года, ПР получит значительные электоральные вливания. Оглушение сенсацией перед выборами – это одна из составных частей стратегии партии власти, которая теряет собственные позиции на политическом поле.

Послесловие

Современные демократии, одной из разновидностей которых является украинская демократия, сотканы из иррациональных процедур. Корни этих процедур уходят в далекое прошлое – во времена становления первых религиозных культов (таких, как, например, культ огня в Древней Греции).

Признание иррациональности индивида, действующего в рамках правил современных демократий, может стать основой для развертывания альтернативной модели политического рынка. Собственно, само слово «рынок» более неприменимо по отношению к политической реальности, так как этот «рынок» – суть рациональной модели, где каждый индивид выбирает лучшую альтернативу из общего их числа. Вместо «рынка» мы используем слово «пантеон», которое в нашем государстве можно заменить словом «политикум» (отображение ТПА в плоскости публичной политики).

Действия относительно вездесущей потребности легитимации правителей в рамках данной гипотезы мы просто переоцениваем. Конечно, вопрос легитимности правителей – один из центральных вопросов политической науки. Мы с Вами переоцениваем его, утверждая, что индивид не передает своё право на правление (которого у него в реальности нет) политику, а приносит его в жертву, тем самым, отдавая свою символическую мощь определенному виртуальному телу (конкретному политику или партии).

Таким образом, мы сделали основное противопоставление архонтов (правителей, которые соответствуют критериям легитимации) и тиранов (которые завладели властью, не выполняя легитимирующих требований конкретного времени).

Важно также понять, что разрыв между религиозными и политическими системами мировосприятия произошёл в реальности совсем недавно (номинально христианско-демократические партии подтверждают обратное). Политика, в первую очередь, – это тип мировоззрения, который в начале ХХІ века устанавливает собственные правила игры.

Последний вопрос, который я хотел поднять в послесловии, – это вопрос относительно «запроса на идеологии» в Украине. Многие известные политологи утверждают, что в Украине существует огромный запрос на идеологические партии. Мне кажется, что этот тезис не соответствует действительности. В Украине нет и в ближайшее время быть не может запроса на идеологические партии. Главная причина этого – постепенное отмирание партий иерократического типа, которые, собственно, и являются «идеологическими».

Последним оплотом подобных иерократических структур в Украине является КПУ, однако и она «идеологическая» чисто в номинальном смысле, так как ей достался «счастливый билет» родом из СССР, который уже на протяжении 20 лет дает этой партии электоральные вливания. Голосование за КПУ – это голосование за божество, обреченное на изгнание из политикума украинского государства. Голосование за КПУ – это голосование за иерократический организм, который давным-давно умер, оставив после себя лишь медленно тлеющее виртуальное тело.

Самый простой способ раскритиковать мои тезисы – заявить о том, что в Европе в настоящий момент происходит восстановление идеологий на основе социальных (этнических, расовых и культурных) конфликтов. Мол, правые партии в Европе (см. ЕС) возрождаются, вслед за ними начинают стряхивать нафталин с плеч и левые политические силы. Может быть и так, может действительно в Европе начинаются процессы построения новых иерократических движений, которые только набирают свою силу и виднеются отдельными акциями безумцев (таких как, например, исламофоб Андерс Брейвик). Однако для меня это выглядит весьма сомнительно.

Во-первых, социальные конфликты не обязательно ведут к развитию политических движений. Скорее наоборот, современные партии из последних сил цепляются за «идейность», пытаясь скрыть отсутствие какой-либо объединяющей идеи между собственными сторонниками, кроме как идеи захвата и использования власти. Корпоративность партий нового типа, их стремление захватить власть без эксплуатации «великой идеи» – большое испытание для будущего всего мира.

Во-вторых, в любом случае, идет восстановление идеологий в Европе или нет, Украине ещё очень долго не светит развитие идеологических политических сил. Ведь у нас даже нет серьезных культурных конфликтов (уже не говоря ни о расовых, ни об этнических). Да и вообще, скрывать своё желание власти под маской идеологии – невыгодное дело в ХХІ веке. Идеологии выродились как необходимая плата за разрыв двух типов мировоззрения: политического и религиозного.

Эссе посвящается Юлии Нестеровой – за терпение и помощь.

Андрей Самброс, впервые опубликовано на страницах Политклаба

Коментарі

Співчуваю авторові та його читачам.
0

Так называемые политтехнологи никакого отношения к технологиям не имеют, технология это часть научного и технического прогресса, очень важная вещь для людей с научной и технической картиной мира, а политики и служащие вокруг политиков занимаются шоубизнесом, и не соглашаются на прогресс в политике и социологии на основе научного и технического прогреса, они согласные на все даже на регресс и на упадок, радали своего индивидуализма и эгоизма. Причем Бандера Остап таких обыгрывал с одним конем на шахматной доске
Politiko – перша українська політична соціальна мережа, яка об'єднує політиків, експертів, журналістів, лідерів партій та виборців України в рамках одного співтовариства.

Записи по темі